Открытие выставки Проекта ФенСо 'Мастерство треугольной фотографии' совпадает во времени с двумя событиями - с последними пароксизмами московского фотобиеннале и с долгожданным выходом на экраны новой серии лукасовских 'Звездных войн'.

Трудно вообразить лучший контекст для проекта, выдержанного в любимом ФенСо жанре фэнтези, и представляющего фотографию как некую мифическую религию, а фотографирование - как мистическую практику.

Снимки Антона Смирнского и Василия Смирнова, снабженные слоганами во славу Даггера, напоминают то ли рекламную кампанию его изобретения, то ли иконы секты фотопоклонников. Антон Смирнский говорит, что отправной точкой проекта были увиденные им в кирхе австрийского города Мариацель старинные иконы, посвященные деве Марии признательными прихожанами, возносящими Богоматери хвалу за то, что она, к примеру, помогла им отыскать потерянную вещь или уладить еще какие-то бытовые неурядицы.

Азиатская красавица, похожая на героинь гонгонгских боевиков, с мечом в руке и фотоаппаратом на шее, возглавляет орден джедаев камеры, летающих воинов пленки, крадущихся невидимых фотографов. За ней следуют разнообразные персонажи с фотоаппаратами на шее, купающиеся в вечном солнце идиллических снимков - серебристо-черно-белых, сепийно-золотистых, глянцево-цветных. Над ними, словно всевидящее, пристальное и благожелательное божественное око, парят два фотоаппарата какой-то полумифической китайской модели. Внизу каждой 'иконки' - хвала Даггеру. Отца-основателя фотографии благодарят не только за то, что 'фокусное расстояние позволяет', но и, скажем, за хороший зонтик или за удачную идею пройтись босиком. И вообще, за то, что 'что-то понятно стало, а то раньше и вовсе:', что 'слава Даггеру, что-то видно стало, а то раньше и вовсе:'. Как если бы именно благодаря изобретению Даггера мир вышел из небытия.

Рядом со снимками возносящих хвалу Даггеру адептов присутствуют совсем другие фотографии - образы микромира, населенные трогательными детскими игрушками. Возможно, это - те снимки, которые делают вооруженные фотоаппаратом герои параллельной серии. Возможно же, эти крошечные существа -крошечные демоны или ангелы, обитающие внутри фотоаппарата, оттуда разглядывающие прижавшийся к объективу гигантский глаз фотографа. Для них фотографирование - момент, в который они могут вступить в контакт с человеческим макромиром, простирающейся за пределами камеры гигантской вселенной.
'Искусство треугольной фотографии', в отличие от фотобиенналле, не стремится доказать тезис Сюзен Зонтаг о том, что в мире уже не осталось ничего несфотографированного. Загадочная 'треугольная фотография' не запечатлевает существующий мир. Она обеспечивает контакт с параллельным миром, который так и остается невидимым: его обитатели предпочитают не показывать себя, но рассматривать нас с обратной стороны фотообъектива.

Но ФенСо создают не храм действующей вымышленной секты почитателей Даггера, но иронический музей реликвий никогда и не существовавшей культуры, подобной тем, что так любят придумывать создатели фэнтези.
Так Джордж Лукас выпускает сейчас не столько продолжение своей саги, сколько дигитальный монумент культу, созданному им где-то в последней четверти прошлого века.

Ирина Кулик