Главная Текущие выставки Художники ENGLISH LANGUAGE
Прошедшие выставки Новости
Специальный проект Галерея
Международные ярмарки
Прошедшие выставки

Николай Наседкин. РОДНЯ

Николай Наседкин

РОДНЯ


/ монументальная графика /


16.02.17 – 12.03.17






В ЦЕЛЯХ УЛУЧШЕНИЯ ВОСПРИЯТИЯ -
ПО ПРЕДВАРИТЕЛЬНОЙ ДОГОВОРЁННОСТИ
(Климентовский пер., 9, рядом с м.Третьяковская, Новокузнецкая)
тел. 8. 964. 564. 03. 03


Николай Наседкин, биография, избранные работы

Николай, это третья твоя выставка в Крокин галерее. Предыдущие выставки в плане формального решения были акцентированы на весьма необычной для искусства материи – нефти. С одной стороны, это был эксперимент, но, с другой, ты рассматривал нефть как феномен цивилизации. Это достаточно сложный материал и в техническом применении, и в художественно-этическом осмыслении.
Сегодня ты возвращаешься к традиционным материалам – бумаге и темпере – и, в то же время, ты опять обращаешься к «геологии» цивилизации, её онтологическим смыслам и основополаганиям. Итак, «Родня», род, родина. Возможно ли рассматривать твоё новое высказывание в контексте или в развитии предыдущих выставок?


Да, это продолжение темы, которая была начата в предыдущих выставках. Они неразрывно связаны между собой. Новая выставка и ее тема "рода", "родни" значима для меня. Данная тема очень ценна сама по себе, она важна даже вне привязки к цивилизационному контексту. Проект "Родня" органично входит в контекст выставок "Орнамент" и "Пашня".

Однажды ты обратил внимание на то, что происходишь из воронежских крестьян, определив тем самым свою сопричастность особой культуре и особой традиции. Подобного рода идентификация как-то влияет на твоё искусство, его приоритеты?

Мое детство прошло в сельской местности. Отец, дед работали всю жизнь. Дед был раскулачен в тридцатые годы и, опасаясь ссылки, ездил со своей семьёй (как цыгане табором) по Воронежской области, пока Сталин не объявил о перегибах. Отец воевал. Был контужен. Награждён орденом Славы. Своим отношением к земле, к труду они остаются для меня примером. Безусловно, прошлое моей семьи важно для меня как художника.
Что касается приоритетов, то отправным моментом является жизнь, которая меня окружает.
Тема проекта "Родня" появилась, когда я готовил выставку «Пашня». Эти темы близки между собой: они связаны с землей.
А год назад возникла идея оглянуться, вспомнить родственников, написать их портреты и сделать выставку. К тому же портретная тема пересекается с тем, чем я занимаюсь сейчас, правда, в несколько иной области – в документальном кино. Сейчас работаю над фильмом «Друзьям. До востребования» – это отдельная история, но работы, что показаны здесь, дополняют образный ряд моего нового фильма.
Работая над портретами, я понял, что мало знаю о своих ближайших, не говоря о дальних, родственниках. Поколения два–три назад и всё. Точка. Мы просто не знаем наших предков. Речь идёт не только о моей родне, но и о родне моей жены.

Экспозиция выставки построена в особом порядке, сообразно архитектурному ордеру, что создаёт особую интонацию, с одной стороны. С другой же, обнаруживает достаточно сложное сопряжение конкретного и условного, личностного и архетипического.

Для меня экспозиция выставки "Родня" – своего рода "оберег", в окружении которого я чувствую себя хорошо, это мой дом, который согревает меня своим теплом, воспоминанием, детством. Для меня важен конкретный человек и его сопричастность моей жизни. Это – пуповина, и я за неё держусь.
Портреты написаны на упаковочном крафте, который подвержен быстрому разрушению. Образы простых безызвестных людей, которые всю жизнь работали, выжили, родили детей, вырастили их, перенесли революции, две войны, мне дороги. Мне хотелось передать на этом быстроразрушающемся крафте мое сегодняшнее эмоциональное переживание о моих родственниках, быть сопричастным их нелегкой судьбе, так как никто другой их в этой жизни уже не вспомнит. Это мой долг перед ними.
Попасть в архетип – большая удача, и не мне об этом судить.
Основой для работы над портретами были фотографии, которые сохранились у моих родственников и в архиве моей жены. Натурных набросков мало, только лишь с родителей, брата, сестры. Своего прадеда я реконструировал по рассказам отца.
Крестьянской истории у нас почти что нет, свидетельств о ней сохранилось очень мало в силу многих обстоятельств.
По сути дела, мы лишены памяти.





ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПАРТНЕР:
АРТ-Узел - медиапроект о современном искусстве

Платон Инфанте. ХРОНОТОПЫ

Платон Инфанте

ХРОНОТОПЫ


/ мультимедиа /


12.01. 17 – 12.02.17






В ЦЕЛЯХ УЛУЧШЕНИЯ ВОСПРИЯТИЯ -
ПО ПРЕДВАРИТЕЛЬНОЙ ДОГОВОРЁННОСТИ
(Климентовский пер., 9, рядом с м.Третьяковская, Новокузнецкая)
тел. 8. 964. 564. 03. 03


Платон Инфанте, биография, избранные работы

Платон, твои произведения, по продуманности и отточенности характерные для мультимедиа, сохраняют то, что особо ценно в искусстве — пространство недосказанного, где перед вероятным вопросом в первую очередь окажется не зритель, а сам автор. Но начать разговор хотелось бы с самого названия твоей выставки. Итак, «Хронотопы». Что это?

П. На выставке показано несколько отдельных произведений, приведённых к общему знаменателю. Честно сказать, весьма непросто сформулировать то, что меня интересует в данном случае. Всё ж таки это область визуального, и оно здесь, безусловно, доминирует. Если решиться на какие-то формулировки, поговорить о смыслах, то само название «Хронотопы» (дословно «время-место») весьма условно. Вообще слово «хронотоп» изобретено не мной: его ввёл физиолог Алексей Ухтомский, определяя через него значимые для личности сложносоставные события реальности.

Тем самым ты снова выходишь на весьма сложный, но закономерный для искусства вопрос. Что для тебя реальность?


П. Да, меня интересует, что такое реальность. И пока я понял только то, что она всегда больше того, что я воспринимаю, и, что интересно, это не только от моей конечности и немощи так устроено, а, скорей, оттого, что реальность — это такая данность не в меру. Другими словами, реальность — это процесс постоянного обновления, качественной экспансии, появления нового.
Мы удобно схватываем этот удивительный принцип при помощи метафоры: у реальности много измерений. И тогда значимым событием для человека будет обретение очередного нового измерения, когда что-то знакомое раскрывается в новом свете. Появляются новые формы, открываются новые смыслы. И, что важно, повторюсь, речь идёт не только о количестве. Особенность современного понятия «измерение» заключается в том, что новое измерение содержит в себе предыдущие и приплюсовывается к ним, измеряя безусловную данность, а не что-то неопределенное, несуществующее. То есть, чтобы возникло новое измерение, мир уже должен быть как-то воспринят.
Возьмём, к примеру, феномен третьего измерения. Почему вдруг 3D стало столь актуальным сегодня и так крепко обосновалось в сознании людей? Потому что это измерение того, что уже есть, оно нам понятно. К двум-то давно привыкли, да и объём всегда существовал, а вот эволюция плоскости в объём поражает наше сознание на протяжении веков, и последним достижением стало 3D. Это как раз очередная ступень конструкции-восприятия того, что уже есть. Просто оно стало технически освоенным.



А не является ли 3D этакой «продвинутой» имитацией, новой формой того, что раньше понималось под «обманкой»? Не упрощает ли эта форма восприятия всё ту же действительность, продуцируя некую высокотехнологическую игрушку?


П. Вообще интересно, что когда в человеческом сознании возникает возможность измерить мир новым способом, он может перестараться и начать думать, что это и есть самый точный и истинный способ постижения всего и вся. Например, современный человек до такой степени поработил сознание цифровым способом воспроизведения мира, что способен допустить вытеснение последнего его виртуальным дубликатом.
Так как-то сложилось, что с детства меня тоже привлекало виртуальное. Но прежде всего как область игры. Овладев в какой-то степени цифровым инструментарием, я мог создавать виртуальные миры, однако ощущал замкнутость этого языка, невозможность выразить на нём что-то новое.
Мне кажется, что погружение современного человеческого сознания в мир виртуальности носит количественный, а не качественный характер. Если в этой области и возникает образ, то он базируется на форме фантазийной, сочинённой реальности. Таких фантастических реальностей плодится масса, а качественного изменения не происходит. Иллюзорные миры в этом смысле мертвы, они не рождают новых измерений, не рождают нового качества. И часто виртуальный мир — это побег от реальности путем её подмены. Последнее для меня как раз не приемлемо.
Сегодня мы с тобой обо всём этом рассуждаем, а когда я работал, я этим себя не озадачивал. Для меня очевидно, что виртуальности отведена определённая роль как одного из измерений реальности, но не более того, как, можно сказать, инструмента для выявления её отдельных сторон и взаимодействия с ними. Возможный результат этого взаимодействия как раз на выставке и представлен.


У тебя это получилось. По крайней мере, на визуальном уровне в своих работах ты находишь это сопряжение виртуального и реального. Твоё искусство существует в пространстве их взаимодействия. Не возникает ли при этом конфликта интересов одного и другого или баланс всё же возможен?

П. Дело в том, что как раз «конфликт» — в драматургическом позитивном смысле — здесь необходим, он и есть «баланс», поскольку есть та пограничная область, в которой и может случиться что-то интересное. Вот, например, работа «Коллизии», которая иллюстрирует это следующим образом: на экране в виртуальном мире происходит игра случаев, коллизий, падает виртуальная палочка, которая вдруг ударяется о реальную палочку, расположенную на поверхности экрана, которую можно осязать, потрогать. В результате столкновения виртуальная палочка меняет траекторию своего падения.
Возникающее на границе виртуального и реального событие становится значимым, потому что оно взаимоизмеряет эти миры и обретает свою новую реальность.

Да, если говорить о новом в онтологическом плане. Ведь в количественном новизну может продуцировать компьютерная программа, способная к виртуальной генерации. Тебе эта идея близка?

П. Компьютерная генерация — это всё та же рандомность, или искусственная случайность, которая обусловлена цифровым информационным конечным объёмом. Как инструмент она вполне годится. Я использую её, например, в симуляции реалистичной физики, но как порождающее содержание начало она мне не нужна. Это не игры со спонтанностью в чистом виде. Ведь компьютерная генерация – условность, мнимость. Эта не реальная органическая случайность, которая ни нами, ни компьютером не предопределима и которая бывает очень полезна человеку в творчестве. В компьютере всё прописано нами же. Не делая рандомный принцип первостепенным, я сполна отвечаю за тот сюжет, что мною сделан, в противном случае я не застрахован от «грязи» непредсказуемости формы, которая мне не нужна.
Конечно, у любого инструмента есть свои пределы возможностей. Это естественно. Формальные моменты для меня очень важны, но более важен смысл мною созданного, его содержательный план.

Здесь вроде всё понятно. Несколько обособлено выглядит твоя работа по «Илиаде» Гомера.

П. Меня это произведение поразило ещё во ВГИКе, на лекциях замечательного филолога Владимира Бахмутского, который здорово умел пробудить интерес к классическим текстам. «Илиада» поразила меня тогда с самой неожиданной стороны — со стороны физики, с выразительной иллюстрации её проявлений. Неожиданный, прямо сказать, угол восприятия литературного произведения. То есть за всей сюжетной линией, за психологической драмой, этикой и эстетикой, или что там ещё может быть, внутри гомеровского эпоса проступает знакомая нам вполне обычная физика. Проступает, правда, уникальным образом: описывается поэтически. Например, «длиннотенная пика», она или камень, поднятый с конкретного места, долго ли, коротко ли быстро летит, затем попадает в голову врага, пробивает череп, проходит мозг, встречается с белыми зубами (да-да, не с просто «зубами», а именно с «белыми зубами»). С одной стороны — жестоко, но при этом — чрезвычайно формально и наглядно, без столь популярного сейчас натурализма и физиологизма.

Самое важное — это то, как возникает образ реальности, как достигается поразительная цельность мира. Думаю, происходит это благодаря тем ракурсам, через которые Гомер видит мир.
Точнее, благодаря принципу его видения, который я бы назвал, опять же, измерением: с каждой фразой мир в «Илиаде» измеряется по-новому. Ничто не одиноко, объект вообще возникает именно ввиду того, что он измеряем. Вот вернусь к образу «длиннотенной пики»: эта вещь, пика, возникает в измерении светотени и сразу же обретает действительность, становится объёмной ситуацией, частью мира, событием, в котором рождаются солнце и земля, свет и материя, угол падения тени и угол зрения на неё. Рождаются время и пространство, хронотоп. Это удивительно!

Для тебя существует проблема работы с машиной как с инструментарием искусства?

П. Для меня компьютер — не более, чем инструмент в реализации художественного замысла. У аналогового материала особенность пластичности иная. Это важно. Когда работаешь с машиной — там, естественно, меньше непредсказуемого, что обычно для аналоговых технологий. Есть своя специфическая сложность, связанная, например, с тем, что любая программа, как правило, представляет собой очень технологичный инструмент, сделанный другими людьми, программистами — т.е. нужно ещё подстраиваться под их правила. Но есть для меня и плюсы: компьютер дисциплинирует, заставляет сделать форму абсолютно конкретной.





ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПАРТНЕР:
АРТ-Узел - медиапроект о современном искусстве

Ольга Горохова. ГОРОД ЖЕНЩИН (живопись)

Ольга Горохова

ГОРОД ЖЕНЩИН


/ живопись /


08.12.16 - 08.01.17






В ЦЕЛЯХ УЛУЧШЕНИЯ ВОСПРИЯТИЯ -
ПО ПРЕДВАРИТЕЛЬНОЙ ДОГОВОРЁННОСТИ
(Климентовский пер., 9, рядом с м.Третьяковская, Новокузнецкая)
тел. 8. 964. 564. 03. 03


Ольга Горохова, биография, избранные работы

Интервью с Ольгой Гороховой о проекте

Ольга Горохова, обживая два не всегда близких культурных пространства - России и Западной Европы своим искусством находит точки сопряжения между ними. Её редкая ныне по своему аутентичному звучанию живопись становится тем необходимым универсальным языком в понимании сложного очень личного, очень женского взгляда и отношения с окружающим миром.

Этим миром для художницы становится специфический мир кино, отсюда, собственно, и аппеляция в названии выставки к знаменитому фильму Феллини «Город женщин».

Принципиальным отличием от маэстро-режиссёра станет взгляд именно женщины, взгляд изнутри, при этом столь же откровенный и калейдоскопичный, сотканный из выразительных стоп-кадров женских образов хрестоматии мирового кинематографа.

РАБОТЫ ПРОЕКТА














ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПАРТНЕР:
АРТ-Узел - медиапроект о современном искусстве

homecontacts Krokin gallery at Facebook Krokin gallery at Vkontakte Krokin gallery at twitter Krokin gallery at Instagram Krokin gallery blog
Follow Krokin Gallery on Artsy
© 2002-2017 Krokin Gallery, All Rights Reserved.