Главная Текущие выставки Художники ENGLISH LANGUAGE
Прошедшие выставки Новости
Специальный проект Галерея
Международные ярмарки

2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2003
НАЧАЛО (от автора)
25 Сентябрь 2004

На Малой Грузинской я несколько раз выставлял графику, но потом начал писать картины - это был конец семидесятых - и, обнаглев, одну из первых же решил выставить: "Созерцание" - которая со спущенными трусами. Она, ура, прошла отбор, но, увы, на развеске перед красными трусам зажегся красный свет. На это мероприятие всегда являлась тогдашняя начальница Горкома графиков - брошенная партией и ГБ на эту ответственную должность крупная женщина и легендарная волейболистка Чудина; даже капитаном сборной СССР, кажется, была: помнится, папа восхищался ею, когда я был еще маленький. Являлась - и обязательно снимала несколько работ: теперь она в такие игры играла. Вот и потребовала снять мое детище. Экспозиционеры пытались уломать ее, что, дескать, без этой картины выставка обеднеет, что никакой, мол, антисоветчины и порнографии (заведомо непроходные жанры) здесь нет, что, вот Евтушенко только что ведь выставлял "ню" - и ничего! "Что, Евтушенко можно, а Файбисовичу нельзя?"



Непосредственно перед нашей общей живописной была персональная фотовыставка Евгения Евтушенко и с правда несколькими видами - помимо видов и сюжетов из загранпоездок в духе журнала "Вокруг света" - голых глубоко беременных теть, сделанных широкоугольником в острых ракурсах: ужасная пошлятина вроде его костюмов стального цвета с искрой (ударение на последнем слоге), скорее всего звавшаяся "Материнством". Но Чудина срезала моих защитников как и положено классной волейболистке - в обход их блока вколотила мяч в площадку противника как гвоздь в гроб: "У Евтушенко есть имя, а у Файбисовича нет!".

Как-то знакомая, с которой мы выставлялись в одной группе (21) на Малой Грузинской, подбила меня снести за компанию работы на выставком "молодежки" МОСХа. Концептуально это был решительный шаг - попытка выхода из второй культуры в первую, но, сомневаясь в его целесообразности я, пойдя на поводу у напористой приятельницы, все же сделал его. В тот единственный раз выставка проходила в Манеже и отборочная комиссия заседала посередь большого пустого пространства, так что любопытствующие молодые художники имели уникальную возможность, хоронясь в отдалении, наблюдать ее работу. Когда выставляли очередного автора, ведущий озвучивал его фамилию и название работ. Молчание комиссии означало отсутствие интереса и тогда выставляли следующего, а когда кто-либо проявлял его к какой-либо работе, за нее голосовали, и она, если проходила, то простым большинством: число голосов было нечетное. Я принес тритпих "Одуванчики" - самую безобидную с официозной точки зрения, как казалось, вещь - и до нее дело шло как по маслу, а, как дошло, заело: кто-то выказал интерес, но ему в пику было инициирован обмен мнениями в духе "а нужно ли нам вообще такое искусство?". К единому мнению не пришли и стали голосовать по отдельности каждую часть триптиха, поставленного, кстати, не по порядку: на вопрос ведущего "Эту будем голосовать?" кто-то всякий раз отвечал утвердительно. Первые две части недобрали один голос, и, когда дошло до третьей и пошли смешки, за нее отдал голос ведущий показа. Он имел такое право - и так средняя на самом деле часть триптиха прошла при равенстве голосов "за" и "против". Ее повесили в самый уголок одной из выгородок, но это не помешало ей оказаться в рейтинге зрительских симпатий на пятом месте среди всех выставленных в Манеже работ - согласно информации газеты "Московский художник".



За эту среднюю часть меня, не спросясь, прямо с выставки приняли в "молодежку", из которой спустя девять месяцев я выбыл по возрасту: 35 стукнуло. Рекомендацию во "взрослую" секцию мне таким же "автоматом" не дали, а сам я подавать документы не стал - сделал-таки принципиальный выбор в пользу второй культуры - и так закончилась, едва начавшись, моя карьера официального художника.

Уже в разгар "русского бума" - в перестройку - Министерство Культуры попросило у меня "Одуванчики" (на этот раз целиком) в какой-то зарубежный некоммерческий выставочный проект: чуть ли не о турне по Африке шла речь. Года через два, о чудо, триптих ко мне вернулся, да еще целый и почти невредимый. Единственно, какой-то придурок "освежил" светлые рамки, покрасив их заодно с прилегающим живописным полем - так лентяи, не заклеивая стекол, красят оконные рамы. Первым позывом было набить придурку морду. За отсутствием оной вторым позывом было отреставрировать живопись. Но и этот позыв я унял. Подумал: может, какой простодушный житель черного континента решил, что это и впрямь рамы окон - а тогда следы на живописи их халтурной покраски суть наглядное признание ее состоятельности.

В 82-м я сделал выставку, аналогичную нынешней - кстати, первую персональную: смесь графики и ранней живописи. Ее на свой страх и риск организовал в редакции журнала "Декоративное искусство" работавший там приятель Лева Смирнов. От нее случился переполох: одни работы шокировали официозных сотрудников редакции, другие смутили диссиденствующих. Сотрудница из последних, к примеру, попеняла мне, что она пластмассовые игрушки прячет от своей внучки под кровать - это же ужас (и вообще же все ужас) - а я, что, хочу ее убедить, что это прекрасно (речь, шла о "Детской")?

...Много чего еще было вокруг разных выставок - персональных и не только - и со многими работами случались всякие истории. Даже приключения. Одни из них уже рассказаны, другие еще не закончились, но, тогда - когда создавались работы, представленные на этой выставке - почти все, что было, было еще впереди.

Семен Файбисович

homecontacts Krokin gallery at Facebook Krokin gallery at Vkontakte Krokin gallery at twitter Krokin gallery at Instagram Krokin gallery blog
Follow Krokin Gallery on Artsy
© 2002-2017 Krokin Gallery, All Rights Reserved.