Главная Текущие выставки Художники ENGLISH LANGUAGE
Прошедшие выставки Новости
Специальный проект Галерея
Международные ярмарки

2017
2016
2015
2014
2013
2012
2011
2010
2009
2008
2007
2006
2005
2003
ЖИЗНЬ В ЕМЕЛЕВО (к проекту ЕМЕЛЕВО)
06 Март 2004

Название у села сказочное - Емелево. Но Сергей Чиликов утверждает, что оно действительно существует в наших пространствах. И что лет десять назад он сделал там большую серию снимков. Правда, такого рода снимки Чиликов мог бы сделать и в других местах, и в другие годы: персонажи, попавшие в его объектив, принадлежат к единому народному миру, который жизненные перемены обходят, в основном, стороной. Что здесь снимать? - Пейзажи да "типы", то есть деревенский лубок. А вот чтобы из-под кожи закрепленных поколениями обычаев вытащить то, что ищет Чиликов, здесь надо жить долго.


У заезжего фотографа подобная возможность отсутствует - на это просто нет времени. Зато есть возможность инсценировки, позволяющая это время сжать. В этом смысле фотограф делает то же, что и современный агротехник, который искусственно "выгоняет" за один сезон кактус такого размера, какого бы тот в природе достиг лет за десять. Правда, документальное на вид изображение при этом оказывается совершенной постановкой.

Надо однако понимать, что такое "постановка" в принципе. Это отнюдь не одна какая-то подделка жизни. Не только "быстросуп" вместо вкусной куриной лапши. И производили инсценированную документальность на свет далеко не только бесчисленные исполнители идеологических заказов. Фотография вообще, будучи фиксацией всегда находящейся в движении жизни, есть ее остановка, закрепление на месте - постановка. И эта постановка - даже не ее собственная изобретение: она переняла ее от более старых форм визуального искусства.

Так получается, что, по отношению к документальной, постановочная съемка является первичной: не то, что остановить для фотографирования, а даже просто привлечь взгляд прохожего видом камеры уже значит изменить, инсценировать естественное течение жизни. Самое жизнеподобное (ну, за исключением кино) из искусств в результате всегда испытывает недостаток достоверного. Поэтому постоянно находится в поиске жизни как своего главного энергоресурса. И как только появилась техническая возможность мгновенной съемки, фотография сразу же устремилась в сторону максимальной документальности, а фотографы стали переходить на позиции невмешательства в идущие процессы. Каждый из них как бы говорит:"Это не я придумал, такова действительность сама по себе".

Из принципа невмешательства вырастает не только эстетика "решающего момента" Картье-Брессона, но и хищническая практика папарацци - вещи, казалось бы, совершенно разные. Но будь то экзистенциальная романтика или масс-медийный цинизм - в любом случае это метода, позаимствованная из шпионского арсенала. Так или иначе, фотографическое невмешательство оборачивается нарушением чужой privacy, оказывается морально подозрительным подглядыванием.

У Чиликова же, напротив, ничего циничного нет. А вместо романтического "влечения к жизни" полным-полно здоровой эротики. Он просто следует природе фотографической профессии - делает очевидную постановку. У его героев, не избалованным вниманием внешнего мира, есть, понятно, свой идеал должного поведения "на людях", которому они следуют совершенно инстинктивно и почти все одинаково. Эту застывшую позу, Чиликов каждый раз ломает (или утрирует), вовлекая модели в свою собственную игру. Особенно ведутся на такое разогретые балагуром-фотографом молодухи: они бодро манипулируют юбками и соблазняют наш глаз своими экологически чистыми формами. Однако девичьи пьески не исчерпывают всей программы: прочие персонажи - мужики, старики и малые дети - тоже представляют каждый свой оригинальный театр. В этом прелесть самодеятельных актеров: они могут отчебучить такое, что актерам профессиональным не снилось, и в их гротескной игре всегда будет уйма реальной жизни. Ее-то энергию и "собирает" чиликовский объектив. Собирает тщательно, до капли - чуть продляя мгновенье, растягивая выдержку, отчего часть изображения очень даже документально смазывается. Будто бы все происходило не чуть-чуть дольше, а наоборот - быстрее, а потому целиком в кадр еще и не вместилось. Сумма хитростей создает эффект естественности. И в результате театр жизни превращается в жизнь театра. Сказка Емелево видится былью. А Чиликов все это называет своей системой, утверждая, что работает она исключительно эффективно.

Владимир Левашов

homecontacts Krokin gallery at Facebook Krokin gallery at Vkontakte Krokin gallery at twitter Krokin gallery at Instagram Krokin gallery blog
Follow Krokin Gallery on Artsy
© 2002-2017 Krokin Gallery, All Rights Reserved.